Власти продолжают бороться с ростом цен на бензин и дизель: сработают ли новые меры

Правительство сообщило об утверждении четырех дополнительных мер, направленных на стабилизацию рынка топлива, где, несмотря на введенный ранее запрет на экспорт бензина и дизельного топлива, цены после короткого снижения вновь пошли вверх. Среди них — возвращение демпфера, вдвое урезанного всего месяц назад, и заградительные пошлины на экспорт бензина для спекулянтов. Достаточно ли этих шагов, чтобы купировать топливный кризис, разбирался Forbes.

Правительство России сообщило в пятницу, 6 октября, о том, что им утверждены дополнительные меры для стабилизации внутреннего топливного рынка. Всего таких мер четыре. Решено восстановить выплаты по механизму топливного демпфера, который с 1 сентября сократился вдвое. Обязательные поставки на биржу будут увеличены с 9,5% до 12,5% для дизеля и с 13% до 15% — для бензина пятого класса. Принято также решение ввести для спекулянтов заградительную пошлину на экспорт нефтепродуктов в размере 50 000 рублей за тонну вместо нынешних 20 000 рублей. Наконец, частично будут сняты ограничения на экспорт дизельного топлива по трубопроводам в морские порты — для производителей, которые поставят на внутренний рынок не менее половины произведенного объема.

Еще 21 сентября правительство ввело временный запрет на экспорт бензина и дизеля во все страны, кроме Евразийского экономического союза. Цены на топливо упали еще накануне публикации постановления, но уже через несколько дней вновь перешли к росту. И продолжают расти. На Санкт-Петербургской международной товарной бирже в пятницу, 6 октября, к полудню цена тонны бензина марки «Премиум-95» в европейской части России поднялась на 0,55% с предыдущего закрытия до 59 501 рубля, хотя и была далека от пика в 75 588 рублей, зафиксированного 18 сентября. Цены на бензин АИ-92 выросли на 0,8%, до 57 365 рублей за тонну.

«Восстановление компенсации в рамках демпферного механизма и принятие других мер, заявленных правительством, — повышения поставок топлива на биржу и введение заградительных пошлин для “серого” экспорта со стороны недобросовестных игроков, наживающихся за счет отставания внутренних цен от экспортной альтернативы — позволит вновь обеспечить паритет интересов правительства и нефтяных компаний на топливном рынке», — считает старший аналитик Альфа-банка Никита Блохин.

Заработать на демпфере не удалось

Демпферный механизм, призванный обеспечить стабильность внутренних цен на топливо, действует в России с 2019 года. Демпфер рассчитывается через разницу между экспортной стоимостью топлива и индикативной внутренней ценой, устанавливаемой законодательно. При положительной разнице, когда экспорт становится выгоднее поставок на внутренний рынок, государство компенсирует производителям разницу, при отрицательной — компаниям приходится платить в бюджет. В конце июля президент Владимир Путин подписал закон о сокращении демпфера вдвое с сентября 2023 года до конца 2026 года. Предполагалось, что эта мера позволит федеральному бюджету ежемесячно экономить до 30 млрд рублей.

«Решение в том формате, в котором оно преподносится — а мы пока не видели соответствующих постановлений правительства — выглядит очень взвешенным и разумным», — говорит главный директор по энергетическому направлению Института энергетики и финансов Алексей Громов. Идея уполовинить демпфер была плохой для рынка, считает он. При этом, Громов отмечает, что еще в начале 2023 года идея о сокращении демпфера на 50% выглядела разумной. На тот момент российская нефть сорта Urals торговалась с большим дисконтом по отношению к эталонной североморской Brent, и власти искали дополнительные источники пополнения бюджета. К тому же дефицита на рынке топлива не наблюдалось, цены на дизель на мировых рынках держались в нормальных диапазонах. Но уже летом, продолжает Громов, цены на топливо начали расти и было понятно, что принимать демпфер в том варианте, в котором он был принят с сентября, нельзя.

Демпфер действительно является ключевым механизмом, позволяющим стабилизировать ситуацию на топливном рынке в долгосрочной перспективе, подтверждает Блохин из Альфа-банка. Восстановление в полной мере тех объемов компенсации, которые ранее получали нефтяники, позволят продолжить субсидировать данную отрасль, что необходимо для ее нормального функционирования в условиях фиксации цен на внутреннем рынке, продолжает аналитик. Это же приведет к балансу интересов между правительством и нефтяниками, которые смогут поставлять нефтепродукты на домашний рынок в условиях роста цен на внешних экспортных рынках.

Меры правительства являются эффективными — в последние годы демпферный механизм регулярно показывал свою эффективность в защите внутреннего рынка от излишней волатильности цен вне России, добавляет аналитик ФГ «Финам» Сергей Кауфман. «При этом удивляет, что правительство пошло именно на повышение демпфера, а не на альтернативные меры, так как демпферные выплаты при текущем соотношении внутренних и экспортных цен будут стоить бюджету более 200 млрд рублей в месяц, — отмечает эксперт. — Выбор именно такого решения обусловлен срочностью мер, которые было необходимо предпринимать. На разработку альтернативного стабилизирующего механизма (квоты на экспорт или рост экспортных пошлин для всего экспорта) потребовалось бы больше времени».

«Демпфер вернули, несмотря на то, что у нас сейчас приоритет бюджета и, несмотря на то, что решение было принято на три года и проведено официально в виде принятого Госдумой закона, подписанного президентом, — констатирует эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович. — Сказали: уполовиненный демпфер будет на три года, а оказалось — решение принято на несколько недель. Нефтяникам удалось убедить правительство все обратно переиграть».

Пошлина для спекулянтов

Размер штрафных санкций для перекупщиков разумный, считает Громов из Института энергетики и финансов. «С “серым” экспортом бороться действительно сложно, — говорит он. — Была идея создать список квалифицированных экспортеров, ввести лицензирование, но это сложно. Это долгий бюрократический процесс, в котором остаются лазейки для коррупции. А вот поставить реальную заградительную пошлину для перекупщиков — правильное решение. Если учитывать тот уровень цен, который сложился сегодня на рынке и за рубежом, то прежняя пошлина в 20 000 рублей оставляла “серый” экспорт прибыльным. А пошлина в 50 000 рублей сразу отбивает у “серых” экспортеров аппетит к продаже нефтепродуктов за рубеж».

«С точки зрения “серого” экспорта экспортная пошлина действительно является заградительной — далее вопрос лишь в отслеживании перекупщиков», — согласен Кауфман из «Финама».

Отмена запрета на экспорт дизеля

Разрешение экспортировать дизель по трубопроводам тоже логично, говорит Громов. Регуляторам проще отслеживать отгрузки по трубопроводному транспорту, рассуждает он, поэтому властям будет проще отследить, исполняет ли экспортер требование по продаже на внутреннем рынке больше 50% произведенного топлива. Да и само по себе это требование — правильное решение, добавляет эксперт. Оно транслирует четкое указание президента о том, что экспорт должен идти как вспомогательный инструмент и что насыщение внутреннего рынка носило первоочередной характер, напоминает Громов.

Заправка
Источник: Unsplash

Запрет на экспорт дизеля уже практически снят, отмечает эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович. «Дизель был основным товаром, который экспортировался [в объемах] почти под миллион баррелей в сутки, — отмечает он. — Так что получается запрет на экспорт снят и продержался он совсем недолго. У нефтяников нашлись серьезные аргументы: поскольку создалась угроза паралича всего нефтяного сектора, снижения производства, переработки и так далее».

Запрет на экспорт снят еще не полностью и в текущей конфигурации внутренний топливный рынок останется профицитным, хотя и масштаб профицита снизится, отмечает Кауфман из «Финама». «На наш взгляд, в ближайшие недели оптовые цены на бензин и дизель имеют потенциал снижения на 10−15%, что стало бы уже комфортным для отрасли уровнем, — полагает Кауфман. — На этом фоне розничные цены также имеют небольшой потенциал снижения до конца года (2−3%), что может позволить выполнить озвученную [вице-премьером] Александром Новаком цель — не допустить роста цен на АЗС по итогам года выше уровня инфляции».

Рост поставок на биржу

«Увеличение нормативов на продажу топлива на бирже в первую очередь направлено на гарантированное отсутствие дефицита в мелком и среднем опте, то есть на то, чтобы весь объем топлива на внутреннем рынке не уходил АЗС вертикально-интегрированных компаний», — считает Кауфман из «Финама».

Решение увеличить нормативы продаж на бирже могло стать результатом компромисса между правительством и нефтяниками, считает Громов: «Нефтяные компании однозначно хотели возвращения демпфера к тем уровням, которые были до 1 сентября, а правительство хотело тех параметров обязательных продаж, которые были озвучены и накануне просочились в прессу. До этого нормативы продаж повышались незначительно — на 1%, а сейчас они повышены более существенно. И это тоже важный шаг для того, чтобы биржа стала реальным значимым инструментом для формирования цен внутри страны. Мы всячески приветствуем такой подход, поскольку он позволяет нам двигаться в сторону более зрелого внутреннего рынка».

История не окончена

Громов считает, что эффект мер, озвученных правительством, несмотря на их логичность, может появиться не сразу, либо даже оказаться смазанным. «Существенная статья нашего экспорта приходится на средние дистилляты, топочный мазут, — напоминает собеседник Forbes. — Правительство давало уточнение, что под запрет средние дистилляты не подпадают. Поэтому надо посмотреть, сохранится ли высокий спрос на их поставки на экспорт. У нефтеперерабатывающих заводов ограниченные рабочие мощности, поэтому, если они загружают их для производства средних дистиллятов, а не дизельного топлива или бензинов, то в стране может опять создаться напряжение с дизелем и бензинами».

Минфин постоянно беспокоится о том, чтобы все изменения, вносимые правительством, не оказывали негативного влияния на наполнение бюджета, напоминает Блохин из Альфа-банка. «Восстановление выплат нефтяникам идет вразрез с интересами этого ведомства. Поэтому нельзя исключить каких-то дополнительных действий в области фискальной политики по отношению к нефтяным компаниям, — полагает он. — Я не думаю, что это конец данной истории и, возможно, следует ожидать каких-то мер, которые предложит Минфин, либо другие компетентные ведомства». «Возможно, мы увидим новые налоги на отрасль, которые могли бы компенсировать расходы бюджета на демпферные выплаты, но это пока лишь догадки», — согласен Кауфман из «Финама».

Фундаментально мы все равно находимся в состоянии очень большого стресса для государства и общества из-за повышенных бюджетных расходов, напоминает Митрахович из Финансового университета. «Все равно деньги где-то придется брать, — рассуждает он. — А где их брать, кроме как у экспортеров? Брать негде. Поэтому мы рано или поздно вернемся к тому, что придется брать деньги с экспортеров, либо повышая для них налоги, либо девальвируя рубль». История с демпфером и экспортом дизеля закончена, считает Митрахович, но глобально вопрос баланса интересов между бюджетом, компаниями и конечными потребителями не решен. «С учетом того, что бюджетные расходы у нас очень большие, я не исключаю, что история с тем, чтобы с нефтяников что-то собрать, снова вернется», — резюмирует он.

Новость о возврате демпфера в первую очередь позитивна для «Газпром нефти», «Татнефти» и «Башнефти», выручка которых в большей степени зависит от продажи нефтепродуктов на внутреннем рынке, пишут аналитики инвестбанка «Синара». Информации, компенсируют ли рост демпфера налогами и в какой степени, нет, добавляют они.

Алекс Будрис