«До» и «после»

«Неужели никогда не ездил на таком? — спросили меня камазовцы, указывая рукой на гоночный грузовик. И услышав отрицательный ответ, весело рассмеялись. — Тогда твоя жизнь сейчас поделится на «до» и «после»!»

«Неужели никогда не ездил на таком? — спросили меня камазовцы, указывая рукой на гоночный грузовик. И услышав отрицательный ответ, весело рассмеялись. — Тогда твоя жизнь сейчас поделится на «до» и «после»!».

Бело-синяя кабина с внешними дугами безопасности, здоровенная «люстра», слепящая шестью мощнейшими фарами, маленькие точечки ксеноновой светотехники... Гоночный «КАМАЗ» не узнать невозможно: многократный победитель ралли-марафона «Дакар» стал настоящим символом России! Харизматичным и узнаваемым. У него впереди тысячи километров от Аргентины до Перу на грядущем «Дакаре-2012». Поэтому сейчас самое время, чтобы напоследок испытать машины, а заодно показать их журналистам.

Залезать в высоко посаженную кабину неудобно — подножки нет! Поэтому правую ногу — на головки болтов, крепящих колесо, левую — на само колесо. Оттолкнуться, подтянуться на трубе каркаса безопасности, сжаться и втиснуть тело в узенькую щелочку дверного проема... Внутри три гоночных сидения Sparco, обтянутый поролоном каркас безопасности, а все остальное пространство занято приборами и тумблерами. Среднее кресло, поднятое над остальными, занимает штурман, крайнее правое отдано механику. Я сегодня за механика.

«Меня зовут Айрат Мардеев, — представляется плечистый парень в камазовской форме, устраиваясь на месте пилота. — Я вас сегодня немножечко покатаю...» Айрат аккуратно выводит многотонную махину со стоянки и неспешно ползет до въезда на полигон (дело происходит под Набережными Челнами, где расквартирована команда «КАМАЗ-мастер»). Встречные машины останавливаются, водители и пассажиры выскакивают из салонов, чтобы поснимать гоночный «КАМАЗ» на камеры мобильников. И правда, символ!

На старте тренировочной трассы застегиваем шлемы и подтягиваем ремни безопасности под мерное урчание дизеля. Аккомпанемент обеспечивает V-образный восьмицилиндровый двигатель, построенный на Тутаевском моторном заводе (часть машин оснащена аналогичными агрегатами производства ЯМЗ). Восемнадцать с половиной литров рабочего объема, два турбокомпрессора, промежуточный охладитель. Как говорят камазовцы, выдаёт такой турбодизель 850 л.с., хотя инженеры на базе команды по секрету скажут: «Реальная отдача — почти тысяча «лошадей»!».

Поехали? Айрат Мардеев неспешно берётся за огромную спортивную баранку, обшитую цепкой алькантарой, включает четвёртую передачу... Стоп! Четвёртую? Да, на гоночном грузовике установлена 16-ступенчатая коробка передач немецкой фирмы ZF: восемь передач плюс делитель. В гонке спортсмены переключаются так: четвёртая верхняя — пятая верхняя — шестая нижняя, а дальше включается каждая половинка, поскольку гоночный турбодизель отличается довольно узким рабочим диапазоном (максимум мощности достигается всего на 2100 об/мин).

Ускорение впечатляет: в голове не укладывается, что 9-тонный грузовик разгоняется как шустрая легковушка. Но гораздо больше удивляет работа подвески: машина безболезненно проглатывает глубочайшие колеи и промоины, легко взмывает над пригорками и мягко приземляется на колеса — ни зубодробительной тряски, ни вытряхивающих внутренности ударов. Притом Айрат подмечает: «Посмотри, как машина траекторию пишет. Управляемость — просто образцовая! Для грузовика, конечно...».

Но это сейчас легко говорить про «работу подвески» и «образцовую управляемость», а когда проезжаешь первые километры по бездорожью испытательного полигона... В лобовом стекле мелькают то облака, то деревья, то колеи гоночной трассы, а тебя постоянно «вывешивает» на ремнях безопасности — фантастические ощущения! Но стоит чувству реальности вернуться, как становится намного страшнее и хочется кричать: «ААА!!! МЫ РАЗОБЬЕМСЯ!!!». Однако пилот продолжает невозмутимо крутить баранку, а гоночный грузовик уверенно пролетает препятствия метровой глубины...

И это восторг! Восторг от осознания нереальности происходящего. Ну не способен 9-тонный грузовик, оттолкнувшись от трамплина, лететь по воздуху! Ну нельзя проходить веером повороты на машине размером с двухэтажный дом! А нет, оказывается, можно. «Какая сейчас скорость?» — спрашиваю Айрата, когда от бесконечных прыжков и заносов завтрак начинает проситься наружу. «Сто десять», — спокойно отвечает гонщик и притапливает педаль: машинист электрички, ветка которых проходит вдоль полигона, отчаянно сигналя, вздумал погоняться. Думаю, не стоит рассказывать, чья взяла...

Вот тело снова повисло на ремнях — это машина остановилась. «Приехали!» — говорит Айрат, отключая переговорное устройство и снимая шлем. А ты продолжаешь сидеть на месте, потому что онемевшие конечности отказываются выполнять приказы: руки судорожно сжимают поперечину каркаса безопасности, ноги упираются в подножку, голова вжалась в плечи... Выноси готовенького! Тебе отстегнули ремни, помогли вылезти, задают вопросы, а ты молчишь, киваешь и думаешь: «Вот уж действительно, не соврали ребята: жизнь и правда разделилась на «до» и «после»...».

Город мастеров

Во время пребывания в Набережных Челнах, мы не только смогли поездить на гоночных «КАМАЗах», но и увидели спортивно-технический комплекс команды «КАМАЗ-мастер», который местные жители называют «городом мастеров».


Алексей Кованов
Фото автора
Алексей Кованов