Возьмите в руки свой смартфон и переверните его. Где-то там, под задней крышкой, прячется аккумулятор, причем с вполне приличной вероятностью когда-то такую же батарейку, а то и конкретно эту, собрали на заводе человека, о котором пойдет речь сегодня.
А теперь, уважаемые знатоки, внимание, вопрос: много ли вы вспомните навскидку выходцев из больших многодетных семей, которые выбились в люди? Не из крепкого среднего класса с двумя детьми, белым забором и золотистым ретривером на заднем дворе. А именно из тех семей, где детей столько, что их легче пересчитать по головам за ужином, чем вспомнить по именам.
Статистика в этом смысле штука безжалостная: чем больше ртов и чем меньше денег, тем меньше шансов у каждого отдельного ребенка вырваться наверх. А если представить, что дело происходит в Китае 60-х годов прошлого века, в нищей деревне провинции Аньхой, где про социальные лифты слыхом не слыхивали, то шансы ребенка практически стремятся к нулю.
Наш сегодняшний герой родился в 1966 году восьмым ребенком в крестьянской семье. Да еще и в тот самый год, когда страну накрыл очередной неурожай. По законам жанра он должен был остаться в этой деревне навсегда и стать фермером. Ну, или максимум перебраться в ближайший городок, чтобы устроиться на местный завод и затем всю жизнь крутить одни и те же гайки.
Но судьба приготовила для него кое-что поинтереснее. Мальчик вырастет и создаст компанию, которая догонит и перегонит мирового автомобильного гиганта Tesla. Знакомьтесь: Ван Чуаньфу.
Нищий «правитель»
Провинция Аньхой, 1966 год. Неурожай по всему Китаю, в стране снова голод, а у многих еще свежи воспоминания про голод прошлый, который всего пятью годами ранее выкосил миллионы жителей по всей стране.
В одной крестьянской семье, где уже есть семеро детей, рождается восьмой ребенок, мальчик. Радоваться тут особо нечему. Восьмой ребенок в голодный год — это прежде всего восьмой рот, а еды и так не хватает. С другой стороны, лишние руки в поле никогда не помешают, да и в старости будет кому поднести пресловутый стакан воды. Так что приняли мальчика без особого восторга и с расчетом на будущее.
Малышу дают имя Чуаньфу. Если разбирать по иероглифам, получается «несущий благополучие», а вместе с фамилией Ван, которая означает «царь», и вовсе выходит что-то вроде «правитель, приносящий богатство». Для восьмого ребенка в семье, где не всегда было что поставить на стол, звучало почти как насмешка. Имена в Китае принято давать с пожеланием, так сказать «на вырост». Но чтобы судьба исполнила это пожелание настолько буквально, не загадывал, пожалуй, никто.
Детство у нашего героя было тяжелое, а в подростковом возрасте с ним происходит сразу два несчастья. В 1979 году, когда Вану было тринадцать, от рака умирает отец, единственный кормилец огромной семьи. Через два года, когда мальчику едва исполнилось пятнадцать, не стало и матери. Семья, и так едва сводившая концы с концами, осталась вообще без взрослых добытчиков.
А ведь мог бы получиться хороший фермер
Старший брат Ван Чуаньфан в свои восемнадцать лет бросает школу и идет торговать на рынок, лишь бы было чем кормить братьев и сестер. В то же время он настаивает, чтобы Чуаньфу ни в коем случае не бросал школу.
И вот это по тем временам и в тех обстоятельствах почти неслыханно. В нищей крестьянской семье ребенок за партой — это роскошь, которую почти никто не может себе позволить. Каждый день, проведенный в школе, означает минус одни рабочие руки в поле и лишний рот, который кто-то должен кормить. Одним гранитом науки сыт не будешь. Образование деревенские люди не то чтобы презирали, просто не видели в нем прямого смысла: выгода очень далекая и туманная, а расходы вполне конкретные и регулярные уже сейчас.
Логичнее всего было определить осиротевшего подростка на любую работу, которая принесет хоть немного денег. Но брат с невесткой поступают ровно наоборот. Когда перед выпускными экзаменами выясняется, что на учебники нет денег, невестка продает часть украшений из своего приданого. А приданое для китайской женщины — это не просто блестюшки-побрякушки, а личная неприкосновенная страховка на самый черный день.
Инсайт на миллион — вернее, на пять
После университета Ван попадает в научный институт в Пекине (сейчас это Генеральный научно-исследовательский институт цветных металлов), где вплотную занимается химией аккумуляторов, а в начале девяностых его отправляют руководить небольшим аккумуляторным производством в Шэньчжэне.
Там он видит рынок изнутри и раньше других понимает: японцы, которые держат мировое производство батарей, окончательно расслабились и задрали цены. Скоро мобильники будут у всех, спрос на аккумуляторы рванет вверх, а значит, тот, кто научится делать батарейки дешево и в промышленных масштабах, окажется в очень нужном месте в очень нужное время. Окно возможностей было распахнуто настежь — не хватало только денег, чтобы в него ворваться.
Когда с родственниками явно повезло
Достать нужную сумму было решительно негде, и тогда Ван идет к двоюродному брату. Лу Сянян, в прошлом банковский служащий, успел завести собственную инвестиционную фирму и кое-что отложить на жизнь. Он выслушивает родственника, у которого нет ни гарантий, ни даже имущества, которое можно будет продать, если что-то пойдет не так. А после делает то, на что не пошел бы ни один здравомыслящий инвестор. Он отдает ему 5 млн юаней, по нынешнему курсу это примерно 54 млн рублей. Сумма большая, но для главы брокерской конторы вполне подъемная. А уж по сравнению с тем, во что BYD превратится через тридцать лет, это вообще мелочь на карманные расходы.
Лу Сянян становится соучредителем — можно даже сказать, идеальным соучредителем. Потому что в технические решения он сразу решает не лезть, формулируя свое доверие предельно просто: Чуаньфу много читает и прекрасно разбирается в батареях, ему виднее, как вести дела.
В 1995 году на окраине Шэньчжэня, который еще вчера был рыбацкой деревушкой, появляется BYD. Первоначально это два десятка людей, одержимых идеей завоевать аккумуляторный рынок, и один-единственный цех, в котором очень сильно пахнет химией.
Дал денег? Свободен!
Те 5 миллионов превратились со временем в десятки миллиардов, а сам Лу Сянян прочно обосновался в списках богатейших людей Китая. Но в официальной истории создания BYD он появляется ровно один раз, причем буквально одной строкой, и больше о нем не сказано ни слова. Дальше на авансцену выходит Ван Чуаньфу.
Что именно случилось между братьями потом и почему один остался в истории, а второй в сноске, источники говорят скупо. Так что обойдемся без домыслов и зафиксируем только факт: империю BYD будут помнить по имени того, кто пришел с идеей, а не того, кто пришел с деньгами.
Тысячи рук вместо одного робота
Начинала BYD без всякого романтического ореола. Компания покупала японские аккумуляторы Sony и Sanyo и разбирала их по винтику, чтобы понять, как они устроены. Обычное копирование — этим грешат многие. Но довольно скоро Ван перешел от чужих чертежей к собственным, и вот тут началось самое интересное.
Японская автоматическая линия для батарей стоила тогда около 20 млн юаней. Таких денег у Вана не водилось и близко. И тогда он решил зайти с другого конца. Зачем покупать одного дорогого робота, рассудил он, если можно нанять две сотни дешевых рабочих рук? Он раздробил весь процесс на простейшие операции, каждую из которых необученный человек осваивает за пару часов. Один ставит ячейку, другой припаивает контакт, третий укладывает готовое в коробку, и все это без единого дорогого станка.
Японцам одна батарейка обходилась в пять-шесть юаней. Вану в один. Дешевле в пять раз при сопоставимом качестве, и этого хватило, чтобы за несколько лет «откусить» больше трети мирового рынка телефонных аккумуляторов с клиентами вроде Nokia, Motorola и Samsung.
Со стороны это выглядело как ловкий трюк нищего стартапа, который просто использовал то, что было доступнее всего. Однако по сути Ван уже тогда выдвинул тезис, от которого вся Кремниевая долина морщится до сих пор. Технологическое превосходство не обязательно достигается за счет технологий — иногда его можно собрать из людских ресурсов. Дешевых людских ресурсов.
Покупка, которую все сочли безумием
2003 году Ван объявляет, что BYD покупает убыточный государственный автозавод в Сиане, который до этого выпускал машины совместно с Suzuki. Сразу после этой новости акции BYD рухнули, а инвесторы стали крутить пальцем у виска — где телефонные аккумуляторы и где автомобили.
Объяснять, что послужило причиной такого его решения Ван не стал. Строго говоря, оправдываться вообще не в его правилах. Он просто начал делать машины. Первая модель, F3, подозрительно напоминала Toyota Corolla и стоила вдвое дешевле, так что продавалась на ура. К концу десятилетия BYD выпускала уже под полмиллиона автомобилей в год.
В 2008 году появился F3DM, один из первых в мире серийных подзаряжаемых гибридов. Для понимания: Toyota выпустит свой массовый плагин-гибрид только через несколько лет, GM еще позже. Компания, которую многие планировали списать в утиль после того, как она замахнулась на автомобили, в итоге не только выстрелила, но и обогнала мастодонтов рынка.
В том же году в компанию заходит крупнейший американский инвестор Уоррен Баффет. Через свою структуру он вкладывает в BYD 230 миллионов долларов. И, да, Баффет по-прежнему терпеть не может всякого рода технологические авантюры, зато обожает тех, кто умеет считать каждую монету. И в Ване он это качество разглядел с порога.
Самое безопасное «лезвие»
В 2020 году BYD представляет Blade Battery, или «батарею-лезвие». Обычная батарея состоит из ячеек, упакованных в модули, а модули уже собраны в общий корпус. Это три уровня упаковки, каждый из которых добавляет вес и занимает место.
Ван убрал средний уровень: длинные тонкие ячейки вставляются прямо в корпус, словно клинки в ножны, без лишних прокладок и соединений. Благодаря новой технологии батарея стала легче, компактнее и, что важнее всего, безопаснее. На жестком тесте, где ячейку протыкают гвоздем насквозь, обычная литиевая батарея вспыхивает за секунды. «Лезвие» между тем не загорается и даже не задымляется.
Как в BYD утерли нос Tesla
К этому моменту Tesla уже не первый год обещала миру батарейную революцию во время своих пафосных презентаций. В сентябре 2020 года Илон Маск устроил большое шоу под названием Battery Day, такое специальное мероприятие для инвесторов и прессы, где Tesla традиционно объявляет о технологических прорывах. Маск пообещал миру революционную батарею 4680: в пять раз больше емкость, в шесть раз больше мощность, себестоимость ниже на 56%. Зал аплодировал чуть ли не стоя.
BYD к тому моменту уже полгода как представил Blade Battery и через год запустил ее в массовое производство по всей линейке. Tesla свою 4680 до серийного выпуска доводила еще четыре года и обещанного снижения себестоимости так и не достигла. Однако, справедливости ради, по запасу хода Tesla по-прежнему впереди. Но Blade безопаснее, дешевле в производстве и заряжается быстрее. Разница между двумя этими компаниями заключается всего лишь в одном предложении: одна продает презентации, другая продает батареи.
В четвертом квартале 2023 года BYD продал 526 тысяч чистых электромобилей против 484 тысяч у Tesla. За весь год компания отгрузила больше трех миллионов машин всех типов, а экспорт, по ее собственным данным, подскочил на 334% — до 242 000 автомобилей в 70 странах. Так что китайская контора, над которой двадцать лет назад смеялись инвесторы, обыграла икону мирового автопрома на ее же поле.
Паранойя тоже бывает рентабельной
Мы бы не стали писать о BYD, если бы ее владелец не был немного… странненьким. Нормальный автопроизводитель покупает детали у поставщиков. Но Ван поставщикам не верит в принципе, поэтому BYD делает почти все сам. Сам выпускает батареи и электромоторы. Сам разрабатывает микрочипы для управляющей электроники. Сам производит сиденья, фары, тормоза и рулевые рейки. Литий компания BYD добывает на собственных шахтах в Чили и Африке, плавит кремний и сама режет из него полупроводниковые пластины, а со стороны докупает, по сути, только шины и стекла.
Аналитики вежливо называют это вертикальной интеграцией. Но, если так, по-честному, это скорее недоверие высшего руководства, доведенное до паранойи. Правда, в 2021 году, когда мировой автопром встал колом из-за нехватки микрочипов, эта паранойя себя наконец-то оправдала. Конкуренты гасили конвейеры и срывали сроки поставок, а BYD не остановил ни одной линии, потому что чипы у компании были свои.
Миллиардер-тихушник
В 2022 году BYD становится крупнейшим продавцом электромобилей на планете. Выручка за 2024 год около 777 миллиардов юаней, под 108 миллиардов долларов. На заводах компании работает примерно миллион человек, Вы только вдумайтесь: целый город размером с какую-нибудь европейскую столицу, и все его жители собирают машины Вана Чуаньфу.
При этом сам Ван остается почти невидимым. Интервью дает по большим праздникам, соцсети не ведет, ракет не запускает, огнеметы не производит, чужих платформ не скупает, и даже скандалов не устраивает. Сидит себе в первом ряду на встречах с Си Цзиньпином, а в западной деловой прессе мелькает в разы реже Маска, хотя продает значительно больше машин. Человека, который молчком обогнал всех конкурентов, большинство жителей планеты не знают ни в лицо, ни по имени.
Впрочем, чего удивляться. Человек, который не доверяет поставщикам, логично не доверяет и журналистам. Прогресс, как мы с вами уже выяснили, двигают люди немного чокнутые.